Previous Entry Share Next Entry
Байки про старых геодезистов. Шарль Мари Лакондамин.
magn
sovenka
Мы тут с native_faalh последние несколько ночей наслаждаемся приключениями одного дядечки.И ужасно хочется этим поделиться.

Лакондамин родился в Париже в 1701 году в богатой дворянской семье. Еще в юности он твердо решил не прожигать семейное достояние, а преумножить его и непременно сделаться знаменитым.  Получилось. Мир запомнил его как путешественника, математика и астронома. А вот современники, в первую очередь, оценили способности рассказчика и умение выйти из любой неприятности.
Лакондамин принял участие в нескольких заморских походах за теми или другими надобностями. Самый известный из них – экваториальная градусная экспедиция 1735 года. Можно даже почти без преувеличения сказать, что Лакондамин был одновременно вдохновителем, исполнителем и, что немаловажно, спонсором. Девять лет среди лесов, диких обезьян и колониальных развалин с единственной благородной целью - определить истинную форму Земли. Шарль бесстрашно взбирался на вулканы и спускался по Амазонке. Защищал честь своих соотечественников в адвокатской мантии и вооружившись квадрантом. Он счастливо преодолел множество смертельных опасностей (начиная с малярии, заканчивая кровной местью оскорбленных испанцев) и, вернувшись домой, выпустил несколько книг с путевыми заметками, ставших бестселлерами среди современников. О некоторых его приключениях мы и попробуем рассказать.

Как Лакондамин ходил на войну

В возрасте 18 лет Шарль вместе с дядей отправился морским офицером на небольшую, не особо победоносную, но вполне себе настоящую войну с Испанией. Нам, благодарным потомкам
, эта война известна как война Четвертого Альянса. Там наш герой впервые явил сочетание удали и смелости. Можно даже сказать отваги того сорта, которая, как мы знаем, иногда граничит со слабоумием. Эти качества буду
т сопровождать его вплоть до самой смерти.  Вот характерный пример. Случилось Шарлю однажды участвовать в морской баталии. В самый разгар боя юноша бесстрашно и самовольно взгромоздился высоко на мачту корабля, дабы «развлечь себя наблюдением за позициями неприятеля». В полном блеске алой офицерской формы реял молодой человек над пучиною морскою на виду у всей испанской эскадры. Фортуна как известно, благоволит дуракам, поэтому все пули, ядра и прочие тяжелые предметы благополучно просвистели мимо. Тем не менее, командование такой смелости оказалось не радо и вскоре Шарль Мари оставил военную службу, в которой строгость дисциплины оказалась ему не по нутру, и решил заняться наукой.

Как разбогатеть, выиграв в лотерею

В  1731 году, 30 лет, выбил грант у Академии Наук и отправился в Константинополь с Левантийской торговой компанией. Посетил Алжир, Святую Землю, Кипр, Родосс, Александрию, Иерусалим. Было так скучно, что в свободные от финансовых операций часы молодой человек занимался астрономией. По возвращении на родину опубликовал работу: «Математические и физические наблюдения, сделанные в путешествии». Некоторые современники отзывались о работе примерно так: «новых фактов там, конечно, маловато, зато пишет, собака, складно»!
Еще Лакондамин слыл крайне практическим человеком. Оставшись банкротом после неудачного вложения денег в печально известную Миссисипскую компанию, он восстановил свое благополучие, благодаря рассчитанному везению.
 Дело было так: французское правительство пыталось поправить свои финансовые дела продажей неких облигаций выигрышного займа, среди держателей которого проводилась лотерея с весьма неплохим призовым фондом. Хитрые государевы умы придумали такой ход для лучшего привлечения публики к делу финансирования расходов короны. Однако несколько перехитрили самое себя, назначив сумму выигрыша больше, чем стоимость всех распроданных билетов. Лакондамин, несмотря на свою отвагу, таки был весьма способным математиком, и ошибку обнаружил. На пару с неким товарищем предприниматели скупили столько билетов, сколько смогли найти. То есть это получается – Лакондамин обосновал и организовывал, а товарищ финансировал и скупал. Как результат - перед вами уже не только известный в научных и светских кругах бывший морской офицер, но и преизрядный богач. А другом и компаньоном в этом деле был некто Вольтер. Наверное, слышали о таком.  Он тоже заметно поправил свои дела и ни в чем себе не отказывал долгие годы. Хорошо, когда деньги достаются хорошим людям.

Про спор о форме Земли

Будучи популяризатором науки и страстным любителем путешествий, Лакондамин разрабатывал идею нового измерения дуги парижского меридиана. В научных кругах того времени не утихали споры: какова же истинная форма земли – сплюснутая как картошка или вытянутая как как дыня. И если сплюснутая, то где, а если вытянутая, то как?
В пользу каждой версии приводились серьезные аргументы, и что более важно – серьезные авторитеты. Исаак Ньютон, исходя из своих сугубо физических теорий, рассчитал на бумаге картошку. А Джованни Кассини, внимательно наблюдая звезды и попутно измеряя тот самый парижский меридиан в первый раз, заподозрил дыню.
Споры между ньютонианцами и кассиниацами приятными вечерами за хорошим вином перерастали в некрасивые драки. Это, прошу заметить, почти за 300 лет до изобретения интернетов и холиваров. Проблему требовалось срочно решить, чтобы избежать излишних человеческих жертв. Нравы того времени все-таки были еще далеки от современных  толерантно-демократических тенденций.
Тем временем, другой молодой ученый Луи Годен предложил решать проблему еще более радикально: вместо того, чтобы в третий раз мерить парижский меридиан, сказал Годен, надо сразу отправляться к экватору. Туда, где земля должна быть наиболее характерной формы, какой бы эта форма ни была. Академия наук приняла идею экваториальной экспедиции с восторгом.  Еще бы! Ведь под это дело можно выделить такой бюджет! А пилить бюджеты в те времена умели ничуть не хуже нынешнего.  Министерство морского флота также проявило к предприятию немалый интерес. Во-первых, более точное определение формы земли сулило решение кое-каких проблем морской навигации.  Во-вторых, предоставлялся шанс поторговать с испанскими колониями. Естественно, контрабандой. Долго ли коротко ли, снарядили экспедицию в Перу. Будучи страстным любителем приключений, Лакондамин не мог к ней не присоединиться. Тем более, что разобраться с Парижским меридианом вызвался некто Жак Кассини, достойный сын своего отца, решивший переделать его дело.

На государство надейся, а сам не плошай

Если молодой Годен, назначенный руководителем кампании, поверил в «неограниченный бюджет»,  обещанный казной, то Лакондамин был стрелянным воробьем и позаботился о том, чтобы перед отправкой в Новый Свет заручиться долговыми обязательствами испанских и карибских банков. Именно они и покрыли 70% издержек 10-летнего путешествия и позволили половине его участников оплатить обратную дорогу на родину. Еще с собой на корабль наш герой предусмотрительно захватил кое какую галантерею, украшения, посуду и другие легкие и необременительные в путешествии вещицы, таким образом оставив себе возможность как следует подзаработать во время измерений, сбывая столичный ширпотреб провинциальным грандам.

Как Лакондамин ходил до Кито по прямой

И опять про смелость и предприимчивость. В один прекрасный момент Шарль Мари, к примеру, решил отделиться от основной группы экспедиционеров и прогуляться по лесам от Манты до Кито. 400 км через джунгли. Без проводника. Без еды и знания местности. В полном одиночестве. Слуга, раб и несколько индейцев-носильщиков с багажом не в счет. Как образованный человек он был, конечно же, одинок в этом пути. Зато остальная группа пошла длинным обходным путем, а он по прямой. Срезал, так сказать, лишний крюк. По дороге обнаружил каучук и отправил потом коллегам во Францию образцы. Заболел неизвестной лихорадкой, которую излечил диетой из яиц и бананов. Узнал о существовании двух видов хинного дерева, один из которых лечит малярию, другой нет. Также, согласно Википедии, обнаружил и описал яд кураре. В других авторитетных источниках ничего про это не сказано, но пусть уж будет до кучи.  Шесть недель, между прочим, шел и дошел. Чуть позже по мотивам его путевых записок построили дорогу, и господа астрономы имели удовольствие через несколько лет перемещать по ней свои приборы.

Заработок в зарубежной командировке

Итак, вдоволь натешив свое научное любопытство, Лакондамин открыл в Кито небольшую галантерейную лавочку при иезуитском монастыре. Он вообще с иезуитами дружил. Показывал колониальным аристократам журналы последних французских мод и предлагал тут же приобрести пуговки и крючочки, смотрите - такие же как на обложке! Быстро разжился, сдружился со всей местной светской тусовкой и стал в доску свой. Правительство пыталось его уличить в контрабанде, но не смогло. С местным правительством у разных членов экспедиции недопонимания случались периодически по тем или другим причинам. Некоторые из этих историй настолько замечательны, что мы о них еще расскажем в свое время. У Лакондамина же случился следующий казус. Придя в Кито и, как мы уже упоминали, крепко подружившись с местным духовенством, он как-то совершенно позабыл нанести визит вежливости собственно президенту. Не иначе на религиозные диспуты отвлекся. Торговля, опять же, дело хлопотное. Какие уж тут визиты? Президент, однако, был человеком строгих взглядов и на такое совершенно явное нарушение этикета и субординации жутко осерчал. Даже приказал кому следует проверить гостя со всеми его золотыми подносами и пуговицами на предмет причастности к незаконным торговым организациям. Контрабанда - самый большой грех и сама суровая статья местного уголовного кодекса, между прочим. Ничего, отмазался.
Фурнитуру-то, мол,  вез для личных нужд. И бриллиантовые кольца. И столовое серебро тоже. Местная знать, опять же, заступилась. Свой же человек. Привез для личного употребления целый мешок модных кальсон и полсундука перламутровых пуговиц, ну и что тут такого? Нужно же понимать. Войти в положение. А президенту Лакондамин потом написал письмо с и извинениями. Так и так, мол, синьор Араухо, виноват – после изнурительного путешествия по джунглям не имел чистой одежды в коей было бы прилично предстать пред ваши светлые очи. Никого не обманул, конечно. Не желаете ли осмотреть новые виды кружев? Визит в итоге состоялся и репутация во властных кругах была восстановлена.

Сходить за золотом и обратно

К сожалению, через год после прибытия экспедиции в Перу из Парижа пришли вести о том, что альтернативная миссия уже привезла вести о форме земли из Лапландии, так что французское правительство урезает финансирование: «Дальше как хотите. Надо было быть скромнее и ужиматься еще в дроге». Тогда Лакондамин пошел из Кито в Лиму добывать средства. Это он делать умел. План был прост: нужно всего лишь обналичить долговые расписки, припасенные перед путешествием. Однако вот неприятность: во всей столице не оказалось наличных денег. Золото погрузили на галеон и отправили в Испанию: ничего не поделаешь. По счастью совершенно случайно мимо проходил (ага, так всякие случайные встречи обычно и происходят) некий знакомый сотрудник международной финансовой организации, выбивавший долги из перуанских дебиторов. Его миссия была завершена, и впереди предстояло долгое трудное и небезопасное (ввиду обладания большим сундуком с деньгами) путешествие в Старый Свет. Астроном предложил обоюдовыгодную сделку: обменять тяжелые и неудобные в путешествии живые деньги на легкие, и весьма ликвидные вблизи цивилизации долговые расписки престижных банков. Так Шарль Мари – скромный ученый и путешественник -  оказался спонсором крупнейшей геодезической миссии в надежде, что французское правительство по возвращении отдаст долги.  А вы говорите, коммерция - недостойное занятие для человека науки.

Как Лакондамин боролся за честь отечества

Еще Шарль подрабатывал адвокатом (ему, в действительности, это нравилось больше, чем смотреть на звезды).  Когда с экспедиционным доктором Синьержи случилась любовная история, в результате которой доктор был заколот возмущённым народом на корриде вместо бычка, Лакондамин активно участвовал в судебных разбирательствах. Его усилиями, весь цвет аристократии городка пошел под трибунал за соучастие в преступлении и натравливание черни на несчастного влюбленного доктора. Результат, учитывая коррумпированность тех мест и того времени, можно считать уникальным.
Правда, еще одно дело он проиграл. Поскольку Лакондамин был популяризатором науки, своей задачей он видел увековечение величайшей научной экспедиции непосредственно на месте. Чтобы помнили потомки. Академия наук и заблаговременно утвердила изречение на латыни и составила чертежи. Памятные таблички изготавливали из серебра, а стелы –  из отборного камня. В погоне за самым лучшим стройматериалом, бюджет на мемориальный комплекс практически превысил бюджет собственно геодезической миссии, а памятник и вовсе оказался под угрозой сноса как самострой.
Дело было в том, что Лакондамин не пожелал рядом с французской лилией высечь символ испанской короны и признавать заслуги испанских офицеров чем-то большим, чем «поддержкой». Ульоа и Хуан обиделись, а вслед за ними обиделись и местные власти, поскольку в измерениях участвовал (по крайней мере финансово и эмоционально) весь город. В недобрый час Лакондамин захотел отстоять свои убеждения через суд. Испанский колониальный суд. Отстоять право не упоминать испанское участие в международной экспедиции на испанской же территории. В итоге лилию со стелы пришлось стереть, а обиженные офицеры арестовали астрономические приборы экспедиции вроде как за неуплату логистических расходов и поставили тем самым и так затянувшиеся измерения под угрозу, а Шарля Мари в крайне неудобное положение.

Как Лакондамин ходил по Амазонке, вернулся домой и стал писателем

Когда все измерения были уже завершены – и тут жажда приключений не дала нашему герою просто взять и уплыть во Францию. Взбрело ему в голову сплавиться из Кито до Французской Гвианы по Амазонке, ранее не картографированной европейцами. Сказал и сделал. За пару месяцев буквально.  По дороге он несколько раз потерялся, и как выяснилось, очень удачно. На узловых точках маршрута его поджидали родственники Себастьяна Серрано, алькальда Куэнки, стараниями Лакондамина осужденного на тюремное заключение за убийство доктора Синьержи. Если бы не сбился с маршрута – могло бы случиться всякое. А так – разминулись.

В Париж Лакондамин прибыл состоятельным и популярным. Его письма из Южной Америки читали и перечитывали в салонах. Из чисто научных противоречий (которые кроме них двоих, впрочем, никто не мог понять), совместная публикация с Буге не состоялась, и пришлось выпустить альтернативную книгу о перуанской миссии: «Журнал путешествия».  Перо сочинителя было легким, а нрав веселым, так что произведение быстро стало бестселлером и принесло автору славу в парижских салонах. Чтобы закрепить успех беллетриста,  Лакондамин издал еще более острое произведение: «письма к Мадам Х», где пересказал (говорят, несколько приукрасив) испанские страсти, приведшие к смерти его коллеги доктора Синьержи. Прекрасная девица, матадор, корриды и шпаги что еще нужно для настоящего романа? Разве что материалы судебного протокола.
Что характерно, несмотря на свой крайне веселый и, казалось бы, местами даже весьма безалаберный для серьезного ученого нрав,  Лакондамин, один из немногих членов экспедиции, старательно избегал попадания в пикантные ситуации и ничем таким скабрезным не прославился. Это через много лет уже одному проходившему в тех местах немцу по имени Александр фон Гумбольдт местные старушки нашептали, что отцом этих вот неблагородных женщин был никто иной, как один очень симпатичный и оборотистый француз из той самой экспедиции. Все современные упомянутым событиям источники об этом факте деликатно умалчивают. Так что может и наплели доверчивому Гумбольдту с три короба, а он и уши развесил. Впрочем, некоторые косвенные подтверждения этой версии тем не менее присутствуют.

Как Лакондамин и в смерти остался собой

В преклонном возрасте наш герой окончательно остепенился. Как полагается состоявшемуся в жизни человеку, женился на юной девушке, к слову собственной племяннице, и счастливо прожил остаток своих дней.
Что же касается крайней отваги, никогда не покидавшей Лакондамина. В возрасте семидесяти трех лет случилось ему где-то надорваться и заполучить грыжу. Доктора предложили экспериментальную операцию. Лакондамин крайне заинтересовался,  с радостью согласился и  все время операции находился в сознании. Чтобы как следует прочувствовать и пронаблюдать. Подробно описал свои впечатления для потомков.  И умер через три дня от осложнений и неуемного любопытства.
Литература:

  1. Ferreiro, Larrie (2011). Measure of the Earth: The Enlightenment Expedition that Reshaped Our World. New York: Basic Books. p. 376. ISBN 978-0-465-01723-2.

  2. Historia general de la República del Ecuador, 1894, Federico González Suárez


  1. https://fr.wikipedia.org/wiki/Charles_Marie_de_La_Condamine

  2. https://en.wikipedia.org/wiki/French_Geodesic_Mission

  3. Los Caballeros del punto fijo, Antonio Lafuente, Antonio Mazuecos, Editorial Abya Yala, 1987





  • 1
как же круто, что ты это всё записала )))

замечательная смерть у дядечки )

мне ужасно приятно, что эта история приглянулась не только нам с Денисом). А смерть - да. К старости он порядком оглох и обветшал.
И по поводу его избрания на какую-то почетную должность в Академии написали что-то в духе:
"Он избран в сонм достопоченных слуг
Гипаты опекать науку,
Лакондамина счастье, что он глух
Но он не нем: коллегам будет мука"

Спасибо, какая замечательная история!


ура! я ужасненько рада, если она показалась любопытной. я в этого дядечку и его злоключения почти влюбилась.

Крутышка, Лена! Продолжай писать!

  • 1
?

Log in